Творческое

Попру, пожалуй, уж больно хорошо.
С Юзефович так и вышло, и мне-то как раз интересен не повод, а сам механизм возмущения внутри гетто . Это оборонная риторика писателей (а внутри гетто количество писателей, кажется, равно количеству читателей), которые почувствовали, что им пытаются запретить писать плохо. Они долго отвоёвывали себе право писать плохо, и нате! Как всегда в таких случаях начался сумбур, никто не дочитывал никого до конца, не то, что источников, но и реплик ближнего собеседника. Из того, что примитивное морализаторство не работает, был выведен призыв писать про гомосексуалистов, из претензий к редактуре — ...нет, не помню, как это парировалось. Как вишенка на торте, сгустилась из воздуха идея мирового заговора, который запретит фантастам издаваться.


Как вы уже поняли, у меня "Березин" ассоциируется исключительно с авиационным пулеметом. Надо сказать, что гадость была редкостная и ставилась на самолеты только за неимением горничной. Качество изделий было таково, что замечания на эту тему пропускала даже советская цензура в различных летных мемуарах. На турельных установках его даже на ШКАС-ы заменили, от греха подальше. Клинило все, что могло и не могло, перекашивало подачу, износ деталей зашкаливал, перезарядку переделывали несчетное число раз(даже до пневматики дошли) и т.д. Весь букет болячек, заставляющий взглянуть на творчество Таубина несколько более... понимающе.

Т.е. ассоциативный ряд меня не подвел.