Купольное
(помявшись) Подорву еще немного устоев.
Не только лишь все знают, что белки-летяги делятся на два подвида - белки-парашютяги и белки-дельтапланерюги. Сегодня про первых.
История большая, запутанная, всего и не пересказать. Начну с Мациевича.
Мациевич, на самом деле, есть классический пример "украинца". Жил да был в Черкассах обычный русский мужик Макар. Православный мещанин, с некоторым образованием, позволявшим работать бухгалтером. Потом переехал под Харьков, где ему дали в управление имение. Макар необходимость образования понимал, потому отдал своего сына Льва в киевскую мужскую гимназию. А потом и в Харьковский практический технологический институт Императора Александра III. Вот в Харькове у Льва Макаровича крыша-то и поехала. Начал вместе с сестрами посещать «Украинскую студенческую громаду», пропагандировать везде украинство, выучил "украинский язык" и т.д.. Вплоть до требований называть его Левко, а не Лев. В семье отродясь говорили на русском, крестили дебила сами понимаете как кого, но тут, внезапно - Левко и паляныця, ага.
Тем не менее, институт был хороший и Льву знания по механике привили настоящим образом. Время было такое, что инженер-механик был как сегодня айтишник - не хочу ничего знать, вот вам чемодан денег и дайте два! Дефицит был страшный, а потребность огромна. Так и стал Лев Макарович авиатором. Мужественно фотографировался с аэропланом, катал различных барышень и высокопоставленных мужей, заводил знакомства на самом верху и всех убеждал, что оно урожденный хохолЪ.
В конце концов Мирозданию это все надоело и 24 сентября 1910 года, во время показательных полетов в Санкт-Петербурге, на глазах у Великого Князя Александра Михайловича "фарман" Мациевича развалился в воздухе. Конечно, сразу появилось много конспирологии про то, что русские орки затиранили первородного хохла и т.д.. Буквально лично Сандро ночь не спал, но таки подпилил растяжку на "фармане", ага. Что поделать, персонаж был с пулей в голове, но медийно раскручен и резонанс был предсказуем чуть менее, чем полностью.
Однако, именно от этого хохла Россия смогла получить не только убытки, но и немного пользы. Дело в том, что за полетами и похоронами Мациевича наблюдал Глеб Евгеньевич Котельников. А похороны были пышные, многолюдные и с дирижаблем над процессией.
Видать, дирижабль и сподвиг Глеба Евгеньевича на изобретение.
Так и появился первый ранцевый парашют, предназначавшийся по замыслу для спасения летчиков. Надо сказать, что Котельников был весьма талантливый русский офицер, артиллерист и никаких пуль в голове не имел. Хотя его семья успела пожить в русской Полтаве, в русском Херсоне, русском Житомире, русском Вильно и русском Минске. Никакого хохлизма в голове Глеба Евгеньевича не наблюдалось и близко, склонности предавать веру и Отечество он не имел в принципе. Однако с детства любил механику и высшую математику. Плюс артиллерия и военная служба окончательно все расставили по нужным местам...
Котельников подошел к своему изобретению совсем не так, как ныне принято. Сперва он тестировал РК-1 с помощью автомобиля на скорости. Парашют раскрылся штатно, автомобиль не выдержал резко возросшего аэродинамического сопротивления и заглох. А 6 июня 1912 года Глеб Евгеньевич взял манекен нужной массы, прикрепил к нему свою парашют, поднял в воздух страдальца на самолете да и сбросил его на грешную землю. И так несколько раз. Результат был единообразен - парашют раскрывался, манекен повреждений не получал.
Вот так выглядело оборудование для тестирования парашюта в условиях, максимально приближенных к боевым. Манекен справа, Котельников слева.
Котельников ценил авиаторов и человеческую жизнь, потому хотел видеть свое изобретение на каждом пилоте. Были получены патенты в России и во Франции, парашют показывали на выставках и вообще всячески продвигали. С началом войны в России спохватились и заказали для военных нужд 75 штук РК-1. Но про использование докладов не было. Или до фронта так и не дошли, или одно из двух.
После революций Глеб Евгеньевич не свалил подальше от Родины хрустеть французскими булками, а остался в Питере. И его, внезапно, никто не расстрелял и не посадил. Он продолжил допиливать парашюты, изобрел грузовой парашют на 300 кг, получил несколько советских патентов ... При этом в растратах бюджетных денег не был замечен, в заговорах не принимал участия, доносов не писал и никого не содомировал на конспиративных квартирах. Вообще как-то стремился больше сделать пользы, а не нагадить окружающим. Короче говоря, был нормальным трудягой и репрессировать его никто и не подумал. Любили и уважали, а в 1944 наградили орденом Красной Звезды.
Не то, чтобы я хотел устроить полемику относительно соотв. Указа Президента про день ВДВ... Но все же это больше про род войск. А если вообще, то всем парашютистам есть что праздновать и 6 июня. А уж русским и подавно. Умнейший и достойнеший мужчина был. И свершения совершенно эпичны - его разум спасает человеков даже после его смерти. Сколько уже жизней спас и сколько еще спасет никому не ведомо.
Будете завтра на Новодевичьем - не погнушайтесь зайти, цветочки возложить и в пояс поклониться.
Не только лишь все знают, что белки-летяги делятся на два подвида - белки-парашютяги и белки-дельтапланерюги. Сегодня про первых.
История большая, запутанная, всего и не пересказать. Начну с Мациевича.
Мациевич, на самом деле, есть классический пример "украинца". Жил да был в Черкассах обычный русский мужик Макар. Православный мещанин, с некоторым образованием, позволявшим работать бухгалтером. Потом переехал под Харьков, где ему дали в управление имение. Макар необходимость образования понимал, потому отдал своего сына Льва в киевскую мужскую гимназию. А потом и в Харьковский практический технологический институт Императора Александра III. Вот в Харькове у Льва Макаровича крыша-то и поехала. Начал вместе с сестрами посещать «Украинскую студенческую громаду», пропагандировать везде украинство, выучил "украинский язык" и т.д.. Вплоть до требований называть его Левко, а не Лев. В семье отродясь говорили на русском, крестили дебила сами понимаете как кого, но тут, внезапно - Левко и паляныця, ага.
Тем не менее, институт был хороший и Льву знания по механике привили настоящим образом. Время было такое, что инженер-механик был как сегодня айтишник - не хочу ничего знать, вот вам чемодан денег и дайте два! Дефицит был страшный, а потребность огромна. Так и стал Лев Макарович авиатором. Мужественно фотографировался с аэропланом, катал различных барышень и высокопоставленных мужей, заводил знакомства на самом верху и всех убеждал, что оно урожденный хохолЪ.
В конце концов Мирозданию это все надоело и 24 сентября 1910 года, во время показательных полетов в Санкт-Петербурге, на глазах у Великого Князя Александра Михайловича "фарман" Мациевича развалился в воздухе. Конечно, сразу появилось много конспирологии про то, что русские орки затиранили первородного хохла и т.д.. Буквально лично Сандро ночь не спал, но таки подпилил растяжку на "фармане", ага. Что поделать, персонаж был с пулей в голове, но медийно раскручен и резонанс был предсказуем чуть менее, чем полностью.
Однако, именно от этого хохла Россия смогла получить не только убытки, но и немного пользы. Дело в том, что за полетами и похоронами Мациевича наблюдал Глеб Евгеньевич Котельников. А похороны были пышные, многолюдные и с дирижаблем над процессией.
Видать, дирижабль и сподвиг Глеба Евгеньевича на изобретение.
Так и появился первый ранцевый парашют, предназначавшийся по замыслу для спасения летчиков. Надо сказать, что Котельников был весьма талантливый русский офицер, артиллерист и никаких пуль в голове не имел. Хотя его семья успела пожить в русской Полтаве, в русском Херсоне, русском Житомире, русском Вильно и русском Минске. Никакого хохлизма в голове Глеба Евгеньевича не наблюдалось и близко, склонности предавать веру и Отечество он не имел в принципе. Однако с детства любил механику и высшую математику. Плюс артиллерия и военная служба окончательно все расставили по нужным местам...
Котельников подошел к своему изобретению совсем не так, как ныне принято. Сперва он тестировал РК-1 с помощью автомобиля на скорости. Парашют раскрылся штатно, автомобиль не выдержал резко возросшего аэродинамического сопротивления и заглох. А 6 июня 1912 года Глеб Евгеньевич взял манекен нужной массы, прикрепил к нему свою парашют, поднял в воздух страдальца на самолете да и сбросил его на грешную землю. И так несколько раз. Результат был единообразен - парашют раскрывался, манекен повреждений не получал.
Вот так выглядело оборудование для тестирования парашюта в условиях, максимально приближенных к боевым. Манекен справа, Котельников слева.
Котельников ценил авиаторов и человеческую жизнь, потому хотел видеть свое изобретение на каждом пилоте. Были получены патенты в России и во Франции, парашют показывали на выставках и вообще всячески продвигали. С началом войны в России спохватились и заказали для военных нужд 75 штук РК-1. Но про использование докладов не было. Или до фронта так и не дошли, или одно из двух.
После революций Глеб Евгеньевич не свалил подальше от Родины хрустеть французскими булками, а остался в Питере. И его, внезапно, никто не расстрелял и не посадил. Он продолжил допиливать парашюты, изобрел грузовой парашют на 300 кг, получил несколько советских патентов ... При этом в растратах бюджетных денег не был замечен, в заговорах не принимал участия, доносов не писал и никого не содомировал на конспиративных квартирах. Вообще как-то стремился больше сделать пользы, а не нагадить окружающим. Короче говоря, был нормальным трудягой и репрессировать его никто и не подумал. Любили и уважали, а в 1944 наградили орденом Красной Звезды.
Не то, чтобы я хотел устроить полемику относительно соотв. Указа Президента про день ВДВ... Но все же это больше про род войск. А если вообще, то всем парашютистам есть что праздновать и 6 июня. А уж русским и подавно. Умнейший и достойнеший мужчина был. И свершения совершенно эпичны - его разум спасает человеков даже после его смерти. Сколько уже жизней спас и сколько еще спасет никому не ведомо.
Будете завтра на Новодевичьем - не погнушайтесь зайти, цветочки возложить и в пояс поклониться.
